контекст
Этот куст неспроста
Как в Японии рисуют пейзажные обложки журналов



Однажды мне стало интересно, в каком виде пейзаж существует в журнальной иллюстрации. В первую очередь пришли в голову обложки New Yorker-a, вроде знаменитых с луной над Мемориалом Линкольна (выпуск к инаугурации Обамы) и многочисленных пейзажных вариаций на тему 11 сентября:







Авторы обложек (слева направо): Bob Staake, Ana Juan, Gürbüz Doğan Ekşioğlu Здесь пейзаж организован как вполне конкретное читаемое сообщение. В таком пейзаже нет места случайному, и каждый его элемент — как кирпичик конструкции, часть предложения.

Боб Стэк, автор обложки про Обаму, например, рассказывал, что Мемориал Линкольна выбран как символ Прокламации об освобождении рабов и символ равенства вообще, а отражение колонн должно напоминать о решетке клетки.

Отнюдь не каждый пейзаж на обложках Нью-Йоркера организован так, но, когда я еще некоторое время назад думала о том, чем в принципе занимается иллюстрация, в голове в первую очередь всплывали такие вот "сконструированные" изображения, укладывающиеся в представление о том, что "иллюстрация — это текст". Будучи иллюстратором, воспитанным с ориентиром на европейскую графическую традицию, мне привычно думать, что своей графикой мне непременно нужно что-то "рассказать", "высказаться на тему", дополнив и с неожиданной стороны раскрыв то, что уже сказано текстом. При этом желательно, чтобы это высказывание непременно было суммой индивидуального иллюстраторского и жизненного опыта, за которым должна чувствоваться "личность" — ведь, кажется, без неё невозможен "стиль", за которым, вроде как, охотятся клиенты. Иначе говоря, в моем представлении иллюстратор был эдаким умником, который своим тонким замечанием непременно заставит почтенную публику (разумеется, самую эрудированную и обладающую прекрасным вкусом) дернуть уголками рта в полуулыбке, которая означает: "Недурно, недурно, этого джентльмена надо будет непременно позвать в мой салон". И как будто всё, чем этот джентльмен вынужден заниматься — это искать этой снисходительной улыбки.

Но даже тогда, когда вершиной иллюстраторского Олимпа мне казался тот же Нью-Йоркер, было подозрение, что работа иллюстратора не обязательно ограничивается ролью эдакого молчаливого "стендапера для интеллектуальных меньшинств". И когда я стала искать обложки японских журналов, меня ждало потрясение:


Это обложка Таэко Минами (ミナミタエコ) для журнала JR East. Это корпоративное издание восточного подразделения крупнейших японских железнодорожников JR, и такой журнал они кладут в спинки сидений в вагонах поездов. Тема номера — "Возможность нетворкнига". На обложке — цветущий куст.

Признаться, такой сюжет поставил меня в тупик. Да, куст, без сомнения, прекрасен, но при чем тут JR East и нетворкинг? Ну ладно, сказала я себе, я же знаю, что в Японии камелия — это не куст, а бездна аллюзий, уходящих в века классической поэзии. И ирисы — не цветы, и клены — не деревья, а уж про вишни со сливами я и вовсе молчу. Наверное, и куст этот у железнодорожников тоже не просто так. В общем, я мучилась месяца два, пытаясь уложить его в голове, и наконец решилась написать автору и спросить об идее в основе иллюстрации.

Ответ был обескураживающе прост: JR купили уже готовую работу, а в её создании вдохновением стали прекрасные розы и солнце.

Прекрасные розы и солнце!

Ну хорошо. Я не сдалась и начала искать другие обложки японских журналов: мало ли, на какое исключение я наткнулась. Что же я нашла?



Прорва обложек Рё Такемаса к журналу "Мусасино" (районное издание, эдакий "Вестник Москворечья" по-японски)
и литературному сборнику Non. Это скриншоты с сайта Рё Такемаса (武政諒) с обложками, которые он рисовал для журналов "Мусасино" (Мусасино — это город внутри Токио) и "Non". Заглавные темы номеров первого: "Город не забудет", "Насладимся сакурой в Мусасино", "Позаботимся о спокойствии и защите каждый день", "Мусасино сегодня и завтра"… И если с этими журналами весьма условную привязку к теме номера еще можно объяснить тем, что иллюстрация не столько про тему номера, сколько про город вообще, то что объясняет выбор сюжета в случае литературного журнала Non (это сборник коротких рассказов разных авторов), объяснить, упорствуя в ориентации на обязательность "рассказывания" в иллюстрации, сложно. Стало ясно, что искать смысл, сконструированный на манер Нью-Йоркера, и того джентльмена-умника, отпускающего тонкие остроты, здесь бесполезно, и принцип за этими иллюстрациями какой-то совсем иной. Но какой? Почему на брошюре железнодорожников JR Kyushu с темой "Повесть рисовых полей" изображены даже не рисовые поля (я уже не говорю о железнодорожниках!), а люди под дождем?


Одна из многочисленных обложек корпоративного журнала JR Kyushu, которые нарисовал "); background-size: 1px 1px; background-position: 0px calc(1em + 1px);">Тацуро Киути (木内達朗). И совсем уже непонятное: почему журнал о финансовом планировании иллюстрируют все эти пейзажи? Да, они невероятно красивы, но…




Обложки "); background-size: 1px 1px; background-position: 0px calc(1em + 1px);">Тамаэ Мидзуками ( 水上多摩江). Источник: "); background-size: 1px 1px; background-position: 0px calc(1em + 1px);">http://en.tis-home.com/tamae-mizukami/works/11355 В голове всё наконец со скрипом сложилось, только когда я нашла обложки "); background-size: 1px 1px; background-position: 0px calc(1em + 1px);">Kurashi no techo — журнала про кухню, дом и ведение хозяйства, который выпускают уже более 70 лет:





Обложки "); background-size: 1px 1px; background-position: 0px calc(1em + 1px);">Kurashi no techo Большая часть заголовков на обложках— это рецепты: "Осенние сэндвичи!", "Лапшичная кухня для середины лета" и тому подобное.

Прочитав их, я наконец сложила в голове целый ворох разрозненных знаний и воспоминаний: и магазины вагаси, японских сладостей, ассортимент которых зависит от сезона, и традиционную одежду в классической литературе (как у Сэй Сёнагон — не дай бог надеть сливу в апреле, слишком поздно!), и то, как в токийском магазине ушлые бабки-продавщицы предостерегали меня, иностранку, которая явно покупает просто сувенир, от ношения юката вне летних праздников. Я вспомнила ещё самые первые уроки из учебников японского, рассказывавшие о том, что для каждого вида дождя и тумана есть отдельные слова. И истории преподавателей о том, что многие японцы, якобы, очень удивляются, когда узнают, что в других странах есть четыре времени года. И деловые письма, которые, по правилам этикета, начинаются со вступления о погоде. И теперь этот список венчают обложки журналов, для которых месяц выхода куда важнее темы.


Список этот, возможно, так и не выстроился бы без книги Харуо Сиранэ "Япония и культура четырех времен года", часть которой "); background-size: 1px 1px; background-position: 0px calc(1em + 1px);">доступна на английском. В ней профессор Колумбийского университета рассказывает, куда стоит смотреть и думать, когда видишь ирис или кукушку на классической японской гравюре или встречаешь в поэзии, но главное — он предлагает гипотезу о том, как и зачем была создана в Японии эта "система навигации" из символов, связанных с природой, которая проникает во все уголки быта и сегодня.


Book design is the art of incorporating the content, style, format, design, and sequence of the various components of a book into a coherent whole. In the words of Jan Tschichold, "methods and rules upon which it is impossible to improve, have been developed over centuries. To produce perfect books, these rules have to be brought back to life and applied."
Front matter, or preliminaries, is the first section of a book, and is usually the smallest section in terms of the number of pages. Each page is counted, but no folio or page number is expressed, or printed, on either display pages or blank pages.
Hersonissos is a little sea town on the island of Crete. It's the end of the season and streets are half-empty. While the cafe workers are dissembling their summer terraces, let us take a closer look at the details of the environment around here.
The town is inhabited by cats. In the winter, cats form up to a half of the town's population. Local area consists of small 3-4 storey houses (mostly hotels), gift shops, and bars.
Photography and editorial — Natasha Savicheva
Made on Tilda
Made on
Tilda